Exile

В 2022 году политические обстоятельства вынудили меня уехать из России. Следующие полтора года я перемещался между Казахстаном, Таиландом, Турцией, Южной Кореей и Ирландией. Я ходил с камерой по незнакомым городам, не зная, какое из этих мест станет новым домом и на какой срок. Съёмка была способом смотреть вокруг, прежде чем я смог понять, чем становится эта поездка.

Позднее я увидел в архиве феноменологию изгнания. Религиозные образы, политические знаки и случайные сцены на улицах приобретали иной смысл в свете того, что осталось позади. Знакомый символ мог встретиться в другой культуре с совершенно иной историей; обычный вид внезапно обнаруживал присутствие далёкой политической власти. Фотографии исследуют эту неустойчивость восприятия: попытку прочитать новое окружение, пока собственное положение в нём остаётся неопределённым. Изгнание здесь — не маршрут и не череда временных домов, а изменившееся отношение к месту, принадлежности и неизвестной длительности пребывания.

Все фотографии Return Ticket сделаны в 2026 году, когда мы с Ксенией Белковой вернулись на Самуи в отпуск. В 2022-м остров был одним из первых мест после нашего отъезда из России. Мы часами думскроллили новостные ленты, считали каждую трату и не знали, куда поедем дальше. И всё же память сохранила Самуи как место передышки.

Возвращение не повторило 2022 год. Оно дало мне дистанцию, чтобы создать образы чувств, которые тогда не удавалось выразить фотографией. Ксения появляется одна у лодки, в воде или освещённая телефоном в сумерках; полотенце, остатки еды и смятая постель обозначают присутствие человека за пределами других кадров. Лицо из банана и цветов становится воображаемым собеседником. Эти изображения не документируют нашу первую поездку. Красота острова помогает придать видимую форму одиночеству, тревоге и оторванности.

Билет объясняет, почему мы вернулись; работа спрашивает, что вернулось вместе с нами. Даже выбранный по своей воле отпуск остаётся связан с опытом прежнего отъезда, который не был свободным выбором.